Война. Женское лицо

Автор: Кузина Наталия Николаевна

Организация: МАОУ СОШ № 22 г. Тамбова

Населенный пункт: Тамбовская область, город Тамбов

Так уж случилось, что наша память о войне и все наши представления о войне – мужские. Это и понятно: воевали-то в основном мужчины, но это и признание неполного нашего знания о войне. Хотя и о женщинах, участницах ВОВ, написаны сотни книг, существует немалая мемуарная литература, и она убеждает, что мы имеем дело с историческим феноменом. Никогда еще на протяжении всей истории человечества столько женщин не участвовало в войне. ВОВ явила миру пример массового участия женщин в защите своего Отечества.

Женщины, женщины, женщины…На заводах, в госпиталях, на транспорте. Уже в первые дни войны они заменили ушедших на фронт мужей и братьев, взяли в свои руки производство военного снаряжения, снабжали фронт не только военной техникой, но и концентратами, хлебом, обмундированием. Женщины в тылу стали боевым резервом действующей армии.

На самой страшной войне 20 века женщине пришлось стать солдатом. Она не только спасала, перевязывала раненых, а и стреляла из «снайперки», бомбила, подрывала мосты, ходила в разведку, брала языка. Всего за годы войны в различных родах войск на фронте служило свыше 1 миллиона женщин.

Качается рожь несжатая,

Шагают бойцы по ней.

Шагаем и мы – девчата,

Похожие на парней.

Так кто же они, эти девочки, которые в 41-ом уходили с отступающими частями, осаждали военкоматы, всеми правдами и полудетскими неправдами прибавляя себе год-два, рвались на фронт? Они были обыкновенными школьницами, студентками. Но в один день мир для них разделился на прошлое - то, что было еще вчера: последний школьный звонок, новое платье к выпускному балу, каникулы, студенческая практика, первая любовь, мечты о будущем…И войну. То, что называлось войной, обрушилось прежде всего необходимостью выбора. И выбор между жизнью и смертью для многих из них оказался простым, как дыхание.

Я ушла из детства в грязную теплушку,

В эшелон пехоты, в санитарный взвод.

Дальние разрывы слушал и не слушал

Ко всему привыкший 41 год.

Я пришла из школы в блиндажи сырые,

От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать».

Потому что имя ближе, чем Россия,

Не смогла сыскать…

Автор этих строк Юлия Владимировна Друнина родилась 10 мая 1924г. в Москве, в семье учителей: отец преподавал историю, мать-немецкий язык. Юля еще в школе интересовалась литературой, занималась в литературной студии при Доме художественного воспитания детей. Дебют юной поэтессы состоялся в 1940 г. — “Учительская газета” опубликовало ее стихотворение. Юля росла среди книг, стихов, в атмосфере героики первых пятилеток. Ее поколению была свойственна романтика революции, патриотизма и самопожертвования. Позднее о своем поколении Юлия напишет: “Понятие “вещизм” тогда вообще не существовало, быт как-то не замечался. По крайней мере, в нашей школьной среде. Спасение челюскинцев, тревога за плутающую в тайге Марину Раскову, покорение полюса, Испания - вот чем жили мы в детстве. И огорчались, что родились так поздно... Удивительное поколение! Вполне закономерно, что в трагическом 41-ом оно стало поколением добровольцев. Когда началась война, никто из них ни на минуту не сомневался, что враг будет молниеносно разгромлен. Больше всего они боялись, что это произойдет без их участия, что они не успеют попасть на фронт. Так страх “опоздать” и погнал Юлю в военкомат уже 22 июня.

16-летняя Юля была зачислена в Московское ополчение. Позднее, когда семья Друниных эвакуировалась в Тюменскую область, Юля работала в военкомате. А в 1942г. она против воли родителей уходит добровольцем на фронт. “Школьным вечером, хмурым летом, бросив книги и карандаш встала девочка с парты этой и шагнула в сырой блиндаж”. Чистенькая, столичная барышня из хорошей семьи в качестве санинструктора попала в пехоту, в грязь, холод и кровь войны.

Трудности войны не отрезвили романтическую девочку. В первом же бою однополчан Друниной поразило ее спокойное презрение к смерти. Юля переносила все тяготы фронтовой жизни и, как будто не замечала их. Но по воспоминаниям близко знавших поэтессу людей, это женщина нежная, романтическая, наделенная чуткой и ранимой душой, к тому же очень красивая, она, конечно же, боялась крови, войны, хотя на фронте ни разу не дала повод заподозрить ее в этом.

Война закончилась, но Друнина до конца дней своих продолжала смотреть на жизнь “сквозь прорезь прицела” и судить о поступках окружающих ее людей “по законам военного времени”. Фронтовая прямота, неумение и нежелание приспосабливаться к обстоятельствам, писать и говорить, что надо и когда надо”, не раз мешали поэтессе. То, что называется житейской сметкой, у нее, казалось не было совсем; она об этом знала и говорила в стихах о том, что в мирной жизни никому не нужна ее способность определять по звуку калибр летящего снаряда. Она по-прежнему оставалась той девушкой, которая вернувшись в Москву с фронта, истратила всю пенсию на три порции мороженного

Как же эти обыкновенные девушки становились необыкновенными солдатами? Они были готовы к подвигу, но не были готовы к армии. Не сразу и нелегко давалась им солдатская наука. Потребовалось обуть кирзачи 40-го размера или американские ботинки с длинными обмотками, «гусеницами», как они их называли, шинель, обрезать косы, привыкнуть к форме, научиться различать, кто в каком звании, поражать «цель», ползать по-пластунски, наматывать портянки, не спать по нескольку суток, в считанные секунды надевать противогаз, копать окопы…Существовали военные будни, о которых они, когда просились на фронт, не подозревали.

Они пришли из юности, из вольной жизни, часто вели себя еще по-детски, а тут воинская дисциплина.

Вспоминает москвичка Антонина Бондарева, гвардии лейтенант, старший летчик: «Дисциплина, уставы, знаки различия – вся это военная премудрость не давалась нам сразу. Стоим, охраняем самолеты. А в уставе говорится, что если кто идет, надо останавливать: «Стой, кто идет?» Подружка моя увидела командира полка и кричит: «Стойте, кто идет? Вы меня извините, но я буду стрелять!»

А у Нины Яковлевны Вишневской был другой случай: «Несу чай, а навстречу мне идут начальник политотдела и командир бригады. Я тут же вспомнила, как нас учили, чтобы мы приветствовали каждого, потому что мы рядовые бойцы. А они идут вдвоем. Как же я их двоих буду приветствовать? Иду и соображаю. Поравнялись, я ставлю ведра, обе руки к козырьку и кланяюсь одному и второму. Они шли, меня не замечали, а тут остолбенели от изумления:

- Кто тебя так учил честь отдавать?

- Старшина учил, он говорит, что каждого надо приветствовать. А вы идете вдвоем и вместе…»

Труднее всего выдержать в первые дни, недели, месяцы на фронте, когда чувства и ощущения у человека остались еще прежние, из мирной жизни. А, чтобы пережить увиденное на войне – надо было стать другим человеком, с другими эмоциями, с другим слухом, зрением.

В октябре 1941г. был подписан приказ о формировании женских боевых авиаполков. Это ответственное дело поручили Марине Расковой знаменитой летчице-штурману. Звание Героя Советского Союза она получила ещё в 1938г. Со всех концов страны собрались летчицы, прошедшие подготовку в аэроклубах.

Уже весной 1942г. был готов к отправке на фронт женский истребительный. Его возглавила майор Казаринова. Вторым командиром ночных бомбардировщиков была Бершанская. Третьим – пикирующих бомбардировщиков сама Раскова. Часть девушек-летчиц и штурманов – была удостоена звания Героя Советского Союза.

4 января 1943 г. Герой Советского Союза майор Раскова погибла в авиакатастрофе близ Саратова в сложных метеоусловиях при перелёте на фронт после переформирования. После смерти была кремирована, прах помещён в урне в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.

«Ночные ведьмы» - так писала фашистская печать о наших летчицах, утверждая, что это женщины-бандиты, выпущенные из тюрем. Летали девушки в основном ночью, т.к. днем их самолеты можно было подстрелить из винтовки. Делали до двенадцати вылетов за ночь. Было очень тяжело. К примеру, если мужчина прилетал из боевого полета, то пока самолет заправляли, техник успевал снять с него рубашку и выкрутить. С нее текло, как будто он под дождем был. Можете себе представить, что было с девушками. Они прилетали и не могли самостоятельно выйти из кабины, их вытаскивали. Даже планшет не могли нести, тянули по земле. Самолет после выполнения задания оставался на земле несколько минут и снова – в воздух.

Представьте себе девушек – оружейниц. Им надо было за эти несколько минут четыре бомбы – это 400 кг – подвесить к машине вручную. Они должны были, они старались остаться женщинами, и в тоже время им надо было утверждать свое равноправие среди мужчин, доказать, что они тоже могут быть солдатами: не испугаются, не заплачут, все выдержат и сумеют воевать.

Из рассказа летчиц 46-го гвардейского легкобомбардировочного полка им. М.М. Расковой.

«Наш полк был полностью женский… Вылетели на фронт в мае сорок второго года… Дали нам самолет „По-2“. Маленький, тихоходный. Летал он только на малой высоте, часто на бреющем полете. Над самой землей! До войны на нем училась летать молодежь в аэроклубах, но никто не мог и подумать, что его будут использовать в военных целях. Самолет был деревянной конструкции, сплошь из фанеры, обтянутой перкалью. Вообще-то марлей. Достаточно было одного прямого попадания, как он загорался — и сгорал в воздухе, не долетая до земли. Как спичка. Единственная солидная металлическая деталь — это сам мотор M-II. Потом уже, только под конец войны, нам выдали парашюты и поставили пулемет в кабине штурмана, а до этого не было никакого оружия, четыре бомбодержателя под нижними плоскостями — и все. Сейчас нас назвали бы камикадзе, может быть, мы и были камикадзе. Да! Были! Но победа ценилась выше нашей жизни. Победа!»

Они прошли дорогами войны, но не все остались живы. Большинству девушек было от 17 до 23 лет. В этом полку выросло 25 героев Советского Союза.

Маршал А.И. Еременко писал: «Едва ли найдется хоть одна военная специальность, с которой не справились наши отважные женщины так же хорошо, как их братья, мужья и отцы».

Когда, упав на поле боя –

И не во сне, а наяву, -

И вдруг увидел над собою

Живого взгляда синеву.

Очень трудно на войне было санинструкторам, медсестрам. Под непрерывным огнем неприятеля им приходилось выносить с поля боя раненого бойца, который был намного тяжелее их. Военная статистика свидетельствует: раненых, контуженных, обожженных было множество, но из ста раненых бойцов 72 снова возвращались в строй. Потери среди медиков переднего края занимали второе место после потерь в стрелковых батальонах. Им же запомнились не цифры – было ли время тогда считать? Им запомнилось другое.

«Сутками стояли у операционного стола. Стоишь, а руки сами падают. Бывает, уткнешься головой прямо в оперируемого. У нас отекали ноги, не вмещались в кирзовые сапоги. До того глаза устанут, что трудно их закрыть. День и ночь работали, были голодные обмороки. Есть, что поесть, но некогда.»

Никому не поверю, если скажет, что страшно не было. Вот немцы поднялись и идут, еще 5- 10 минут и атака, тебя начинает трясти... Но это до первого выстрела. Как услышишь команду, уже ничего не помнишь, вместе со всеми поднимаешься и бежишь... И тебе не страшно. Страшно ли было умереть? Конечно, страшно. Вот у меня такие чувства были, я до сих пор не верю, что живая осталась. И раненая, и контуженная, но живая.

Под Севском немцы атаковали нас по 7-8 раз в день. И я еще в этот день выносила раненых с оружием. К последнему подползла, а у него рука совсем перебита. Ему же нужно срочно отрезать руку и перевязать. Иначе перевязку не сделаешь. А у меня нет ни ножа, ни ножниц. Сумка телепалась-телепалась у меня на боку, а они и выпали. Что делать! И я зубами грызла эту мякоть. Перегрызла, забинтовала. Бинтую, а раненый: «Скорей, сестра, я еще повоюю...»

Бои. Тяжелые бои. Рукопашный бой – это ужас. Бьют, колют штыком, душат. Вой стоит, крик, стон…Пережить это сложно даже мужчине, не говоря уж про женщину.

Я только раз видала рукопашный,

Раз - наяву и сотни раз во сне,

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

«В плен военных женщин немцы не брали… Сразу расстреливали. Или водили перед строем своих солдат и показывали: вот, мол, не женщины, а уроды. И мы всегда два патрона для себя держали, два — на случай осечки».

Среди женщин, воевавших плечо к плечу с мужчинами есть малочисленная группа – женщины-танкисты. Их было всего около 20. Они стали механиками-водителями танков, хотя для этой профессии необходимы не только прекрасное знание боевой машины, но и большая физическая сила и крепкие нервы. Среди этих необыкновенных женщин были и легендарные, о которых, к сожалению, довольно быстро забыли. Попробуем восстановить историческую справедливость. Я не буду рассказывать о всех, а только об одной.

Итак, дочь полка – Александра Самусенко.

О довоенной жизни Александры известно очень мало. Достоверно только то, что она родилась в 1922 году в одной из деревень Гомельской области, а позже по каким-то причинам оказалась в Чите – причем круглой сиротой. В одном из документов есть указания на то, что в 1934 году Александра стала «дочерью полка», т. е. воспитывалась в одной из частей Красной армии. По всей вероятности, ее родителей репрессировали (скорее всего, раскулачили и сослали в Читу, где они и умерли). Незадолго до начала войны, Александра лично обратилась с письменной просьбой к Михаилу Калинину (государственный деятель): она хотела поступить в танковое училище, куда вообще-то принимали только юношей.

Звучит похожим на чудо, но ее просьба была удовлетворена. Вряд ли Калинин пожалел о своем ходатайстве за «дочь полка»: девушка училась только на «отлично» и показывала блестящие результаты при физической подготовке. И это при том, что внешне она не производила впечатления атлетически сложенной женщины. Сокурсники относились к ней, как к младшей сестренке; впоследствии она с огромной теплотой вспоминала время, проведенное в училище.

На фронт Александра Самусенко попала в первые недели войны. Ее боевая машина принимала сражениях на Западном и Брянском фронтах 1941 года. В экипаже, пожалуй, не было бойца отважнее: через два года Самусенко уже присвоили звание старшего лейтенанта, а после битвы на Курской дуге девушка получила орден Красной Звезды за то, что сумела вывести группу своих бойцов из окружения в крайне тяжелых условиях и под постоянным обстрелом врага.

«Сколько боев – столько и ранений», - шутила иногда Александра, чрезвычайно неохотно отправлявшаяся в госпиталь и сбегавшая оттуда при первой же возможности. Солдатам нравилась боевая и неунывающая девушка, но, когда ее назначили командиром взвода танков Т-34, восторга не выразили и подчинялись неохотно, считая, что «негоже девке мужиками управлять». Но со временем ворчать перестали и начали относиться к командирше, как к «своему парню».

Ни длинная коса, ни общая миловидность не помешали Александре получить в 1944 году звание гвардии капитана и стать единственной женщиной-танкистом заместителем командира танкового батальона. Ей было всего 22 года.

Гвардии капитан танковых войск Александра Самусенко не дожила до Дня Победы совсем немного. 3 марта 1945 года ее батальон находился в Лобезе (Польша). В танк Александры попал снаряд. Она сумела выскочить и забросить офицерский планшет с документами в пылающую машину. А потом до последнего патрона отстреливалась от врага.

Александра скончалась в бою от многочисленных полученных ранений и была похоронена там же. Неизвестно, сохранилась ли могила двадцатидвухлетней героини до наших дней. Но хорошо, что хоть какая-то память – сохранилась.

Женщина на войне… Это такое, что трудно выразить словами. Если мужчины видели женщину на передовой, у них лица становились другими.

На войне не только стреляют, бомбят, ходят в рукопашную, роют траншеи – там еще стирают белье, варят кашу, пекут хлеб. Чтобы солдат хорошо воевал, его надо одеть, обуть, накормить, обстирать, иначе это будет плохой солдат. Армия шла впереди, а за ней «второй фронт» - прачки, хлебопеки, повара. Труд был очень тяжелый. От бесконечных стирок были экземы рук, слазили ногти. Приходилось поднимать тяжелые, по 70 кг, мешки с мукой. Нести до траншеи полученные на базе табак, папиросы, кремни – все, без чего бойцу не обойтись на передовой, на собственном горбу, потому что на лошадях нельзя: немцы услышат скрип телег. Эти женщины не осознавали того, что совершили. Они были убеждены, что у них «негероические» должности. Моли, и на войне занимались тем, что испокон веков женщина делать должна: обстирывали, обшивали, кормили мужчин. Только без них, великих тружениц войны, Победы бы не было.

Подполье и партизанство были необычными формами борьбы, специфическими. Они требовали от людей особых качеств. Надо было привыкнуть к тому, что в тебе живет два человека: один – внешний человек, которого все знают, и другой – о котором знает всего несколько людей. Это первый закон подполья – знать, как можно меньше. У подпольщиков не было тыла. Всякая ошибка ежеминутно могла стоить жизни. Особенно тяжким испытаниям подвергалась женщина, потому что она была не только партизанкой, подпольщицей, а и матерью, женой, дочерью. Из воспоминаний партизанки Валентины Михайловны Илькевич: «Я не хотела убивать, я не родилась, чтобы убивать. Я хотела стать учительницей. А они пришли убивать на нашу землю, жечь. Я видела, как жгли деревни, я не могла крикнуть, я не могла громко плакать: мы шли в разведку и подошли к этой деревне. Я могла только грызть себе руки, у меня до сих пор остались как кричали люди. Как кричали коровы, как кричали куры. Мне казалось, что все кричат человеческими голосами…Все живое…И такая у меня после этого любовь ко всему родному, ко всем своим людям, что все готова за них отдать.»

А вот, что вспоминает Александра Никифоровна Захарова, единственная женщина – партизанский комиссар: «Народ нам помогал. Если бы не помогал, то партизанское движение не могло бы существовать. Целая армия в лесу, но без н6их мы бы погибли, они же сеяли, пахали, чтобы себя и детей кормить, чтобы нас кормить, одевать всю войну. Ночью пахали, пока не стреляют. У нас же оружие, мы могли защищаться. А они? За то, что хлеба дал партизану, - расстрел; я переночевала и ушла, а если кто донесет, - им всем расстрел.»

Женщины, находившиеся в тылу, делали все возможное и невозможное: работали у станков по 12- 16 часов в сутки, рыли окопы, шили одежду для бойцов, вязали варежки и растили хлеб.

Прежде всего хлеб! И чтобы он, хлеб, в достатке у солдат был, в тылу работали день и ночь. Каждый день выходили женщины вершить тяжелое мужское дело: косить траву, пилить дрова, корчевать пни, добывать топливо на торфоразработках.

В Советской армии около миллиона женщин овладело всеми военными специальностями, в том числе и самыми «мужскими». Даже возникла языковая проблема: у слов «танкист», «пехотинец», «автоматчик» до того времени не существовало женского рода, потому что эту работу еще никогда не делала женщина. Женские слова родились там, на войне…

У войны не женское лицо, и когда милые, хрупкие и красивые девушки массово берут в руки оружие — значит мир встал на самую грань, за которой только холод и смерть.

Трудно найти слова, достойные того подвига, что они совершили.

И теперь на мирных перекрестках,

Вспоминая молодость свою,

Многих

Прежних девушек –подростков

Я в солидных мамах узнаю.

И прошу их:

«Вы своим ребятам,

Не смущаясь, говорить должны,

Что без нас, без женщин,

В сорок пятом,

Может быть, и не было б весны…»

Список литературы:

1.Алексиевич, С. А. У войны не женское лицо... : повести / С. А. Алексиевич. - Москва : Советский писатель, 1988. - 368 с.

2. Кравцова, Н.Ф. Из-за парты - на войну. От заката до рассвета / Н. Ф. Кравцова. – Москва : Детская литература, 1988. – 334 с.

3. Друнина, Ю. В. Полынь : стихотворения и поэмы / Ю. В. Друнина. – Москва : Современник, 1989. – 336 с.

4. Бакланов, Г. Я. Июль 41 года ; Навеки двенадцатилетние [Текст] : роман, повесть / Г. Я. Бакланов. – М. : «Центр книги» ВГБИЛ им. М. И. Рудомино, 2009. – 368 с.

5.Женщины Великой Отечественной войны : сборник / авт.- сост. Н. К. Петрова. - Москва : Вече, 2014. - 696 с.

6.Мощанский, И. Б. Триумфы и трагедии великой войны / И. Б. Мощанский. - Москва : Вече, 2010. - 624 с.

7.Фибих, Д. В. Фронтовые дневники 1942 - 1943 гг. / Д. В. Фибих // Новый мир. - 2010. - № 5. - С. 8-79.

8.Непомнящий, Н. Н. Неизвестная Великая Отечественная / Н. Н. Непомнящий ; ред. Д. О. Хвостова. - Москва : Центрполиграф, 2014. - 286 с.


Приложения:
  1. file1_66d8d93e-8a4a-49f9-a.. 34,3 МБ
  2. file0.docx.. 28,3 КБ
Опубликовано: 04.11.2019