Символика и семантика в русской языковой картине мира. Число «три»

Автор: Воркунова Екатерина Николаевна

Организация: МБОУ «СОШ №12» г. Калуги

Населенный пункт: Калужская область, г. Калуга

Все народы мира придавали большое значение числам, их свойствам и роли. Являясь понятием, необходимым в различных областях человеческого знания и опыта, число быстро стало объектом исследования философов (Пифагор, Платон, А.Августин, А.Лосев и др.) и культурологов (Ю. Лотман, О. Шпенглер и др.). Пифагор, например, считал, что всё располагается согласно числам, которые имеют как количественные, так и качественные черты. Для Платона числа – это гармония Вселенной. Для Аристотеля число было «началом и сущностью вещей, их взаимодействием и состоянием». Плутарх говорил о том, что нечетные числа являются мужскими, а четные – женскими.

На разных этапах формирования научной мысли исследователи, включая культурологов и лингвистов, обращались к проблеме семантики и художественной функции числа в различных мифопоэтических системах. Данный вопрос поднимается в трудах Степанова ЮС. [6], Кравченко А. В. [5] и других учёных-лингвистов.

Русская народная духовная традиция тяготеет больше к слову, нежели к числу.[8, с. 30]. Тем не менее, она пронизана числовой символикой, проявляющейся в сказках, и в былинах, и в христианских преданиях. Присутствие чисел в русской народной традиции наблюдается повсюду и почти всегда они выступают как священные и глубоко символические. Число один, например, встречается в русской традиции крайне редко. [2, с. 91]. Однако образ Аники-воина, который выезжает в Чисто Поле (Поле Дхармы), чтобы биться с врагом одному, а также символ копья и единорога, встречающиеся в текстах летописей и древних преданий говорят об обратном.
Идея и символика двойственности в целом не характерны для русской культуры, особенно в христианский период ее существования (может быть, за исключением образа Двуглавого орла) [9, с. 182-185]. Однако в язычестве ее присутствие гораздо более заметно и проявляется, например, в образах Чернобога и Белобога, или Ивана и Купалы, олицетворявших собой две половины года. Идея чета и нечета выражала собой соотношения правого и неправого начал. Славянскую мифологию пронизывала идея борьбы таких начал, как Жизнь (Жива, Род) и Смерть (Навь, Морена), живая и мертвая вода, Правда и Кривда [8, с. 24-31].

Русская традиция с точки зрения числовой символики насквозь троична. [4, с. 32]. Это проявляется не только в почитании одного из самых высоких христианских понятий Троицы, но и даже в предельно сниженных, профанических чертах национального бытия, например, в доходившей до трагикомизма привычке пить на троих. Троичностью пронизаны и дохристианские русские символы и понятия – культовые образы "трех солнц", три коня, установленные на крышах некоторых домов в виде вырезанных из дерева фигур, образ Трояна из "Слова о полку Игореве", которого многие исследователи отождествляют с Триглавом, три сферы (небо, вода и земля), в которых пребывает Бог Агни, три богатыря земли русской, три пути на выбор, предлагаемые спутнику судьбой. Число 3 относится к наиболее значимым элементам числового ряда. Традиционно оно символизирует завершенность и полноту некоторой последовательности, имеющей начало, середину и конец, и чаще всего фигурирует в предписаниях трижды совершать то или иное магическое действие (обход, закрещивание, окуривание, произнесение заговора и др.). Ср. также в фольклоре: тридевятое царство, змей о трёх головах, за тридевять земель, троекратное повторение сюжетных ходов (достижение успеха именно с третьего раза) и т. п.

Едва ли в названии не каждой сказки или романа появляется цифра три. Вот несколько названий: “Три медведя” , “Три арбузных семечка” , “Три калача и одна баранка”, “Три толстяка” , “Три ветра”, “Три поросенка” , “Три подземных царства”, “Три товарища” , “Три брата” , “Три счастливца” , “Три смерти”, “Три очка за старичка” , “Три мушкетера” , “Три охотника” , “Трое умельцев” , “Три царевича” , “Три встречи” , “Три друга” , “Три богатыря” и другие.

Вся наша жизнь наполнена троичностью. Достаточно вспомнить трёхмерность пространства: длина – высота – ширина; триединство прошлого – настоящего и будущего; три ветви жизни: микроорганизмы – растения – животные. Нельзя ни упомянуть легенду о том, что земля держится на трёх китах. Тот факт, что Земля – третья по расстоянию от Солнца планета – научно доказан и неоспорим. Всем известны три крупные эпохи, в которые жило и творило человечество: Древний мир, Средние века и Современность. Проходя три периода жизни: молодость, зрелость и старость, человек использует три проявления ума: интуицию, интеллект и инстинкт. [9, с. 146-152]. Особенно много суеверий связано с числом три. Те, кто считает его счастливым, говорят: “Бог троицу любит” [ѴІ]. Другие, напротив, считают его несчастливым. Отсюда и ругательное слово “треклятый”. От сглаза трижды плюют через левое плечо и трижды стучат по дереву. А троекратный поцелуй по русскому обычаю?

Идея триединства составляет основу многих философских и религиозных учений [7, с.5]. В Древнем Вавилоне поклонялись трем главным божествам: Солнцу, Луне, Венере. В Индии поклоняются трехглавому Тримурти. На Востоке этот принцип назывался “Сам-цей” – “Три драгоценности”. Высочайшая драгоценность внизу – это Земля, высочайшая драгоценность в середине – это Небо, высочайшая драгоценность в середине – это Человек. И, безусловно, христианская Святая Троица – Отец, Сын и Святой Дух.

Тройка служит архетипическим числом в христианском мире: так три Волхва символизируют три функции Владыки Мира (Царь, Пророк и Проповедник); Иисус молился в Гефсиманской пустыне три дня; петух поет три раза; на Голгофе были распяты три человека; Иисус умер 3 апреля в три часа, прожив 33 года, и воскрес на 3-й день и т.д.

Библия и сами библейские сюжеты насквозь пронизаны троичностью. К примеру:

• Три характерных черты Бога: Всемогущий, Вездесущий, Всеведущий.
• Три вида пищи были необходимы во время жертвоприношения, ибо это представляло совершенную службу, которой требовал Бог от своего народа.
• "Три" было специальной мерой для очищения от проказы.
• На третий день Иисус воскрес из мертвых, так же как Иона.
• В третий день Иисус завершил исцеления.
• Три часа Иисус был на кресте (с 6-го до 9-го), три часа мрак покрывал землю.
• Дух, вода и кровь - божественные свидетельства благодати Божьей на земле.
• Три года ожидания плода, свидетельствующего об окончательности выбора Израиля.
• Трижды повторенное "написано" показывает, что Слово Божие является совершенным во всем служении Иисуса.
• Трехкратное повторение голоса с неба является Божественным свидетельством: при крещении Иисуса; при преображении Иисуса; во время молитвы Иисуса.
• Иисус воскресил трех человек из мертвых.
• Надписи на кресте были сделаны на трех языках, показывая полное отвержение Иисуса людьми.
• Совершенство служения Иисуса явлено в Нем как в пророке, священнике и царе.

Интересным является тот факт, что первая геометрическая фигура имеет три элемента, и она представляет собой площадь. Поэтому число три устанавливает то, что твердо, реально, вещественно, завершено и цельно – божественное совершенство [3, с. 55].

Список использованной литературы

1. Вежбицкая, А. Язык. Культура. Познание. [Текст] / А. Вежбицкая, Перевод с английского, ответственный редактор М.А. Кронгауз. – М.: Русские словари, 1996. – 412 с.
2. Залевская, А.А. Когнитивный подход к слову и тексту. Языковое сознание: содержание и функционирование. XIII международный симпозиум по психолингвистике и теории коммуникации. [Текст] / А.А. Залевская, – Москва, 2000. – С. 91.
3. Карасик, В.И. Языковой круг: личность, концепты, дискурс. [Текст] / В.И. Карасик, М., 2004. – С. 7-15.
4. Караулов, Ю.Н. Этнокультурная специфика языкового сознания. [Текст] / Ю.Н. Караулов. – М., 1996. – С. 5-10.
5. Кравченко, А.В. Проблема языкового значения как проблема представления знаний. [Текст] / А.В. Кравченко. Когнитивные аспекты языковой категоризации. – Иркутск, 1997. – 218 с.
6. Степанов, Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. [Текст] / Ю.С. Степанов. 3-е изд. – М.: Академический проект, 2004. – 992 с.
7. Шаховский, В.И. Текст как способ экспликации эмоциональности языкового сознания. Языковое сознание. Содержание и функционирование. [Текст] / В.И. Шаховский. – М., 2000. – С. 274-275.
8. Язык и национальное сознание. [Текст] / Под ред. И.А. Стернина. Вып. 1, Воронеж, 1998. – С. 30-45.
9. Язык и национальное сознание. [Текст] / Под ред. И.А. Стернина. Вып. 2, Воронеж, 1999. – С. 24-31.