Урок, который начинается с тишины

Автор: Удалова Ольга Геннадьевна

Организация: МБОУ «Новозоринская СОШ»

Населенный пункт: Алтайский край, Павловский район, п.Новые Зори

Когда я думаю о том, что действительно работает в школе, я вспоминаю не яркие презентации и не громкие методики. Я вспоминаю тишину после короткой истории, рассказанной в начале урока. В этой тишине ученики вдруг начинают понимать что-то важное сами, без моих объяснений.

Такую тишину я впервые заметила три года назад в одном из пятых классов. Я прочитала притчу — не ту, что кочует из методических пособий, а чуть изменённую, «свою». О человеке, который поливал цветы водой из дырявого ведра. Он мирился с потерями, потому что успевал полить хоть что-то. Пришёл мудрец, замазал дыру — воды хватило на весь сад.

Я замолчала. И в этой тишине один мальчик, обычно отмалчивавшийся на уроках, тихо сказал: «У нас тоже дырявые знания. Мы правила учим, а писать боимся». Он учился на тройки, но в тот момент сформулировал проблему точнее любого отличника.

С того дня я начала систематически использовать метафоры и настройку сенсорных каналов в начале уроков. Так родилась моя педагогическая находка: начинать урок не с формулировки темы, а с настройки инструмента. Инструмент — это каналы восприятия: зрение, слух, ощущения. Если они не активированы, объяснения бесполезны. Как пилить дерево тупой пилой.

Три рабочих приёма из моей тетради

Первый — якорение. Каждый урок в шестом классе я начинаю с тридцати секунд ритмичных хлопков. Мы делаем это молча. Сначала хлопаю я, потом подхватывают ученики. Все подстраиваются под общий темп. Однажды я опоздала на минуту и вошла в класс уже после звонка. Ученики сами начали хлопать без меня. Для меня это стало знаком: приём сработал, он стал ритуалом.

Особенно люблю упражнение «Дождь». Однажды в седьмом классе, после тяжёлой контрольной по математике, дети были напряжённые. Я предложила: «Закройте глаза. Первая группа — щелчки пальцами. Вторая — хлопки по коленям. Третья — топот». Через минуту они услышали дождь. Одна девочка с первой парты прошептала: «У меня мурашки по спине». Когда дождь стих, класс был готов слушать. Мы спокойно разобрали тему «Причастный оборот» — обычно трудную для восприятия. И написали проверочную работу без двоек.

Второй — игра «Что лишнее?». Я отказалась от примеров из интернета. Теперь подбираю слова под конкретный класс. Для шестого класса на тему «Имя числительное» я записала на доске: «тройка, три, утроить». Начался спор. Одна ученица сказала: «Лишнее "утроить" — это глагол». А другой ученик возразил: «А "тройка" — это ещё и оценка, а "три" — только число». Мы записали все версии, и через пять минут я спросила: «Так какая тема сегодня?» Класс хором: «Имена числительные!» Формулировку они запомнили все — потому что вывели сами.

Другой случай. В пятом классе, повторяя части речи, я дала: «бег, бежать, беглый». Кто-то сразу сказал: «Беглый — прилагательное, лишнее». А потом поднял руку молчаливый ученик: «А если смотреть по составу? У "бег" и "бежать" корень "бег", а у "беглый" — "бегл"». Класс задумался. Мы сделали открытие: одно и то же слово может быть лишним по разным причинам. Это был урок гибкости мышления, а не только грамматики.

Третий — снятие страха перед диктантом. Раньше я говорила: «Будьте внимательны». Это не работало. Однажды перед диктантом в пятом классе я увидела, как одна отличница, очень тревожная, побледнела и начала крутить ручку. Я поняла: нужен другой подход.

Так родился «Диктант-путешествие». Я попросила всех закрыть глаза. «Сделайте три вдоха. Первый — спокойствие. Второй — уверенность. Третий — интерес». Потом я раздала маленькие гладкие камешки — я собрала их на пляже летом. «Это ваш камешек спокойствия. Каждое слово — шаг по тропинке. Орфограмма — коряжка. Перешагните её. В конце — сокровище». Та девочка сжимала камешек весь диктант. Она написала на «четыре» — для неё это был успех.

После диктанта мы не просто исправляем ошибки. Я говорю: «Теперь ремонтируем тропинку». Дети сами объясняют, где споткнулись. За полгода в этом классе средний балл за диктанты вырос с 3,1 до 3,7. И главное — никто больше не плакал перед работой.

Один случай на литературе

Урок в шестом классе. Стихотворение Лермонтова «Парус». Обычно дети говорят: «Скучно, про непонятное одиночество». Я решила попробовать иначе.

«Закройте глаза, — сказала я. — Представьте море. Сделайте картинку яркой, цветной. Приблизите парус. А теперь сделайте чёрно-белой и отдалите. Какая вызывает больше чувств? Теперь добавьте шум волн… уберите. Что изменилось? А теперь представьте, что вы — сам парус. Если бы одиночество имело цвет, какой? На ощупь?»

Открыли глаза. Мы написали мини-сочинение за десять минут. Я прочитала несколько. Одна девочка написала: «Одиночество — это серый колючий шар. Парус его не боится, он плывёт дальше». Это было не пересказывание, а проживание. Эта ученица — кинестетик, она плохо запоминает правила на слух, но через ощущения раскрылась. Её сочинение я сохранила как напоминание себе: важно не только, что ты говоришь, но как ты включаешь ученика.

Что изменилось

Когда я начала применять эти приёмы, класс изменился. Исчезла тревожная тишина перед диктантами. Появились вопросы на уроке — не «А что писать?», а «А почему здесь так?». Даже тот мальчик, который в пятом классе сказал про «дырявые знания», к концу шестого стал увереннее писать и иногда сам предлагал: «А давайте сначала "Дождь" сделаем?»

Моя находка не требует денег, оборудования или дополнительных часов. Она требует только одного: паузы перед объяснением, чтобы рассказать историю или сделать простое упражнение. Эта пауза — и есть заточка пилы.

Я часто вспоминаю тот день, когда впервые услышала тишину после притчи. С тех пор я не начинаю урок без этой настройки. И коллегам советую: не спешите с правилами. Сначала заточите инструмент.