Практический опыт работы с детьми с ОВЗ

Автор: Лопарева Ирина Валерьевна

Организация: МБОУ СОШ №11

Населенный пункт: п.Оленевод, Надеждинский район

Категории детей: задержка психического развития (ЗПР), расстройства аутистического спектра (РАС, лёгкая форма), тяжёлые нарушения речи (ТНР).
Условия: общеобразовательная школа (ресурсный класс/инклюзия) и коррекционные занятия.

1. Адаптация учебного материала

Ситуация: ученик 3 класса с ЗПР (слабая оперативная память, низкий темп деятельности) не усваивал таблицу сложения в пределах 10.

Что сделано:

• Заменил абстрактные цифры на визуально-предметные карточки: «3 яблока + 2 груши».
• Ввёл «Шкалу шагов» — каждый пример разбивался на 3–4 микрошага с отдельным жетоном за каждый верный ответ.
• Использовал тактильные цифры (из наждачной бумаги) для подключения кинестетической памяти.

Результат: через 3 недели ребёнок выполнял 80% примеров самостоятельно. Главное — снизилась тревожность («боязнь ошибки» ушла из-за дробления задания).

2. Организация пространства и режима для ребёнка с РАС

Ситуация: мальчик 7 лет с РАС (без интеллектуальных нарушений, но с сенсорной перегрузкой) в обычном классе. Каждые 15–20 минут начинал раскачиваться, закрывать уши, иногда кричал.

Что сделано:

• Организовали «сенсорный уголок» в кабинете психолога — палатка с мягкими подушками, наушники-«антифоника», мешок с фасолью («кинестетический коврик»).
• Ввели визуальное расписание на магнитах (пиктограммы «работаем — отдыхаем — идём в сенсорную комнату»). Ребёнок сам переставлял магниты после каждого этапа.
• Договорились с учителем: разрешили ребёнку поднимать красную карточку, если шум в классе становится невыносимым — он выходил в сенсорный уголок на 5 минут без вопросов.

Результат: истерики сократились с 4–5 в день до 1–2 в неделю. Ребёнок научился сам регулировать своё состояние (просил «паузу» жестом или карточкой).

3. Развитие коммуникации при ТНР (алалия)

Ситуация: девочка 8 лет с моторной алалией — фразовая речь отсутствует, использует отдельные звуки и жесты. В школе не могла попросить помощь, ответить на уроке.

Что сделано:

• Внедрили PECS (коммуникативную систему обмена картинками). Начали с одной карточки «Я хочу» + предмет (вода, туалет, помощь).
• На каждом занятии проигрывали социальные сценарии: «Как попросить карандаш», «Как сказать, что болит живот» — с использованием реальных предметов и карточек.
• Обучили одноклассников простым жестам («да/нет», «повтори», «покажи») — создали в классе «Доску дружбы» с наклейками-подсказками.

Результат: через 2 месяца девочка начала составлять простые просьбы из 2–3 карточек (например, «Я хочу пить»). А главное — исчезло избегание контакта со сверстниками, появились попытки совместной игры.

4. Работа с агрессией у ребёнка с ЗПР и гиперактивностью

Ситуация: ученик 6 класса (ЗПР + СДВГ) в ответ на неудачу бил других детей, кидал стулья. Индивидуальные беседы не помогали.

Что сделано (алгоритм экстренный + профилактический):

• Ввели «Яркую минуту» — сразу после вспышки агрессии не читали нотации, а давали физическую разрядку: бег на месте, сжимание эспандера, рвание газеты.
• Научили определять гнев по телесным сигналам (сжатые кулаки, жар в щеках) — использовали карточку-светофор: «Жёлтый» (я злюсь, помоги остыть).
• Каждое утро составляли «План действий»: 3 учебных задачи + 3 способа справиться с гневом (попить воды, отойти к доске-миррилке, нажать на антистресс-пупырку).

Результат: количество физических столкновений снизилось на 90% за полгода. Ребёнок научился перед вспышкой говорить: «Я злой, уйду к стене», а не бить.

5. Взаимодействие с родителями — ключевой компонент

Проблема: родители ребёнка с ЗПР отрицали особенности развития, считали «просто ленится», не выполняли домашние рекомендации.

Мои действия:

• Вместо слова «диагноз» использовала формулировку «особый темп усвоения».
• Снимала короткие видео успехов ребёнка на занятии (например, «Посмотрите, сегодня он сам разложил карточки по порядку за 5 минут — на прошлой неделе было 15 минут») — показывала родителям без осуждения.
• Приглашала на одно занятие в месяц «открытый урок для мамы» — чтобы мама увидела, какие именно приёмы работают (родители потом копировали их дома).

Результат: родители стали доверять, начали выполнять 15-минутные игровые упражнения дома. Успеваемость ребёнка подтянулась с «2» до слабой «3», но главное — ребёнок перестал плакать перед школой.

Выводы и универсальные находки

1. Любой ребёнок с ОВЗ лучше понимает визуальные опоры (пиктограммы, схемы, расписания). Без них он «теряется» даже при сохранном интеллекте.
2. Дробление времени — работает лучше, чем дробление объёма. Устанавливайте таймер на 7–10 минут интенсивной работы, затем обязательная смена деятельности (сенсорная разгрузка, движение).
3. Не бойтесь нестандартных орудий — наждачные цифры, мешки с фасолью, карточки с эмоциями часто дают результат там, где обычная доска и мел бессильны.
4. Без поддержки среды (учителя, одноклассников, родителей) специалист работает впустую. Потратьте время на обучение окружения — это окупится сторицей.
5. Главный индикатор успеха — не оценки, а снижение тревожности и рост самостоятельности ребёнка в типичных жизненных ситуациях. Если ребёнок сам попросил воды или предупредил, что злится — это победа больше, чем решённая контрольная.

Этот опыт — часть системной работы, которая строится не на героизме, а на инженерном подходе: «что мешает ребёнку → как убрать барьер → как добавить опору → как измерить прогресс». Дети с ОВЗ учатся и социализируются, если взрослые перестают требовать «как у всех» и начинают видеть их реальные возможности.