Метод «Игра в реальность»

Автор: Абрамичева Ангелина Владимировна

Организация: ГАПОУ КузПК

Населенный пункт: г. Кемерово

Когда я сама была студенткой, мы часто проводили на парах фрагменты занятий. Одна из нас была «воспитателем», остальные — «детьми». Казалось бы, полезная практика. Но мне всегда было скучно. Потому что мы играли идеальных детей. Тех, которые всё слышат, всё понимают, сидят ровно, не отвлекаются, не задают лишних вопросов и во всём помогают воспитателю. Мы старательно подыгрывали, делали вид, что нам интересно, и занятие проходило гладко, как по маслу. Но я всё время думала: а где же настоящие дети? Те, которые не слышат, потому что сидят далеко? Те, которые отвлекаются на птичку за окном? Те, которые боятся поднять руку и спрашивают шёпотом: «А у меня правильно?» Те, которые вечно всё роняют или, наоборот, делают быстрее всех и лезут помогать соседке? В реальной жизни дети не идеальны. А мы учились на идеальных. Где тут подготовка к реальности?

Эта мысль засела во мне надолго. А когда я сама стала преподавать будущим воспитателям дисциплины «Конструктивно-модельная деятельность» и «Робототехника», я решила: хватит идеальных детей. Давайте поиграем по-настоящему.

Я придумала простую вещь: дать студенткам роли. Не просто «будьте детьми», а конкретные роли с характером, особенностями, трудностями. Написала на карточках: «плохо слышишь», «постоянно отвлекаешься», «медлительная», «тревожная», «почемучка», «всезнайка», «шут», «стеснительная»… Поначалу их было штук двадцать, потом студентки сами стали предлагать новые — сейчас уже больше пятидесяти.

На паре по конструированию или робототехнике мы делимся на «воспитателя» и «детей». «Дети» тянут карточки и не показывают, кому что досталось. «Воспитатель» выходит за дверь на минуту, а когда возвращается, перед ней уже не группа послушных студенток, а самая настоящая группа детского сада — со всеми её сложностями. Кто-то не слышит инструкцию и переспрашивает. Кто-то смотрит в окно и зависает. Кто-то каждую минуту дёргает за руку: «А у меня правильно?» Кто-то рассказывает бесконечную историю про собачку. Кто-то лезет обниматься. А кто-то сидит в углу и молчит. А «воспитатель» должна провести занятие — собрать модель из конструктора или запрограммировать простого робота — и при этом справиться со всем этим детским многообразием.

Конструирование и робототехника оказались идеальным полигоном для такого метода. Это дисциплины, где важна каждая деталь, каждый шаг, каждая команда. Именно здесь любые особенности ребёнка становятся видны сразу: медлительная теряет темп и не успевает за группой, тревожная боится подключить провод и ждёт одобрения, отвлекающаяся пропускает важный этап и потом не понимает, почему модель не работает, плохо слышащая не улавливает нюансы инструкции, а «почемучка» своими вопросами может увести всю группу в сторону от сборки. Мои студентки проживают это на себе. И запоминают навсегда.

Когда занятие заканчивается, начинается самое интересное. «Воспитатель» пытается угадать, кто какую роль играла. И обязательно с объяснениями: «Катя, мне кажется, у тебя была роль "плохо слышит" — ты всё время наклонялась вперёд и переспрашивала, хотя я говорила громко». Или: «Лена, ты точно была "почемучкой" — задала вопросов двадцать, половина из них про космос, хотя мы собирали робота». Или: «Аня, я думаю, ты играла "тревожную" — ты раз пять спросила, правильно ли у тебя, и успокоилась, только когда я подошла и погладила по голове». Тот, кого угадали, показывает карточку. Если ошиблись — разбираем, почему. Так игра превращается в тренинг наблюдательности.

Самое ценное для меня — это слова студенток после занятий. Я их записываю, чтобы не забывать, ради чего всё это. «Когда я была медлительной, а меня торопили собрать модель, я чувствовала себя неприятно. Руки переставали слушаться. Теперь я понимаю, почему некоторые дети замыкаются, если их подгонять». «Я играла плохо слышащую. Когда переспрашиваешь, воспитатель отмахивается. Я чувствовала себя брошенной. Больше никогда так не буду делать с детьми». «Роль тревожной открыла мне глаза. Мне было спокойно только тогда, когда воспитатель хотя бы кивала мне, проходя мимо. Без её поддержки я терялась и ничего не соображала, путала детали». «Я играла молчуна. Это было самое трудное — молчать, когда внутри всё кипит и хочется подсказать, как правильно собрать».

Я заметила удивительную вещь. Тихие студентки, получив роль «шута» или «заводилы», раскрываются. Они пробуют быть теми, кем в жизни быть боятся. А активные, уверенные в себе, примеряя роли «тревожных» или «изгоев», впервые понимают, каково это — быть неуверенной и уязвимой. Одна девочка, всегда молчавшая в группе, призналась: «А тут выпала роль "шефа" — надо было подбивать всех не слушать воспитателя. Я впервые громко говорила, спорила, и меня слушали! Оказывается, я тоже так могу». Метод работает в обе стороны. Мы не только учимся понимать детей, мы учимся понимать себя.

Я часто вспоминаю ту скуку на своих студенческих парах, когда мы играли идеальных детей. И радуюсь, что мои студентки такой скуки не знают. На занятиях по конструированию и робототехнике они не просто отрабатывают методику — они чувствуют. Они ошибаются, удивляются, злятся, радуются, а главное — начинают видеть за поведением ребёнка живого человека. А конструктивно-модельная деятельность и робототехника здесь — не просто фон, а идеальный полигон для этого. Потому что именно здесь, когда нужно собрать сложную модель или запрограммировать движение, лучше всего видно: настоящий воспитатель не тот, кто добивается идеального результата любой ценой, а тот, кто видит каждого ребёнка и помогает ему справиться с его особенностями.