Обучение в радость. Миф или реальность?

Автор: Кучин Александр Рафаилович

Организация: ГБНОУ Санкт Петербургский музыкальный лицей

Населенный пункт: г.Санкт-Петербург

Ни для кого не секрет, что музыкальная школа призвана заниматься музыкальным воспитанием, а преподаватель по музыкальному инструменту должен научить ученика владеть этим инструментом.

Обучение игре на музыкальном инструменте, как правило, начинается в первом или подготовительном классе и продолжается в средних и старших классах, причём в старших классах может встать вопрос выбора профессии музыканта. Но, прежде чем стать профессиональным музыкантом, владеющим техникой исполнения, нужно пройти этапы становления музыканта как личности.

Как же научить ребёнка владеть инструментом, понимать музыкальный язык, разбираться в гармонии и музыкальной грамоте? Возможно ли добиться этого без принуждения? Большинство музыкальных педагогов утверждает, что обучение без принуждения невозможно. По сути, они правы. Я тоже так считал, пока не увидел, что принуждение часто приводит к обратному результату. Когда мы заставляем ребёнка что-то сделать, от него идёт волна противодействия. Мы просто говорим ученику сделать так-то, но он по каким-то своим соображениям не хочет. Тогда мы начинаем требовать, давить своим авторитетом, но он всё равно не делает. В последнее время понятие занятия для удовольствия приобретает всё больший смысл. Однако, многие преподаватели категорически против того, чтобы главным смыслом урока становилась радость для учащегося. По их мнению, занятия должны быть систематическими, системными, ежедневными и длительными. А как можно заставить ребёнка просидеть за инструментом подряд два часа, даже час или полчаса? Лично у меня не получается заставить ребенка младше восьми лет провести с инструментом более получаса. Урок длится сорок пять минут, и большую часть урока мы не играем на инструменте, а разговариваем. Я что-то показываю, задаю вопросы, ученик отвечает. Потом играю, затем ребёнок играет. И, если посчитать, сколько времени в течение занятия ученик играл на инструменте, получится только треть урока, максимум 15-20 минут чистой игры. В остальное время мы оба высказываем свои мысли, отвечаем на вопросы, я даю объяснения. Получается своего рода «говорильня», потому что без разговоров обучение вообще невозможно.

Мы все бываем на различных открытых уроках и мастер-классах и часто видим такую картину: ЧУЖОЙ преподаватель ЧУЖОМУ ученику что-то объясняет, показывает. Иногда демонстрирует сам с помощью своих рук, иногда просит ученика сыграть упражнения, сделать те или иные движения. И, конечно, этот чужой преподаватель часто ребёнка поправляет: инструмент нужно держать так, ноги нужно ставить сяк, сидеть эдак. Таким образом, этот незнакомый или малознакомый преподаватель постоянно трогает и поправляет инструмент, касается самого ученика, его рук, спины, даже головы. И тут встаёт щепетильный вопрос личных границ, проблема физически и эмоционально комфортной для ребёнка дистанции.

Моё мнение – ребёнка вообще не следует трогать. Во-первых, наше понимание личных границ ученика может не совпадать с мнением его родителей, во-вторых, сами дети могут не приветствовать, когда до них дотрагиваются. Кого-то это может раздражать, а кого-то пугать. Таким образом, получается, что всю неверность движений, некорректность посадки и неправильность удержания инструмента нужно постараться выразить словами, что само по себе является очень сложным как для педагога, так и для восприятия ребёнком.

Взаимоотношения современных учителей и учеников – это отдельная проблема. В настоящее время в обществе сложилась такая ситуация, когда у учителя перед учеником изначально нет авторитета. То есть этот авторитет педагог должен сперва заслужить. Приходит ученик лет шести на урок и может легко обратиться к преподавателю на «ты», потому что во многих современных семьях отношения между детьми и родителями часто бывают очень демократическими. Например, многие родители договариваются с детьми о совместном ведении хозяйства. Дети могут принимать стратегические решения в жизни семьи. Из средств массовой информации мы регулярно слышим призывы давать детям право участвовать в решении важных семейных проблем, причём, имея не совещательный, а, часто, решающий голос. Что дети могут сами решить, не понятно. Но некоторые родители относятся к этому очень ревностно и попадают в крайне неприятные ситуации.

Я был свидетелем истории, произошедшей с мамой, актрисой кино, и её малолетним сыном, который обучается игре на балалайке. Их пригласили выступить с музыкальным номером на кинофестивале в городе Кстово под Нижним Новгородом. Было запланировано три выступления. Организатор оплатил маме и ребёнку, которому на тот момент было 9-10 лет, перелёт, гостиницу, питание, репетиции. После третьего концерта мама объявила ребёнку, что их попросили выступить на четвёртом, для ветеранов. Однако мальчик уверенно заявил, что он договаривался только на три концерта, и в четвёртом выступать не собирается.

Обсуждая эту ситуацию с мамой, я сказал, что причина такого отказа в том, что ребёнок посчитал, что его голос решающий, а не совещательный. Однако, ребёнок по определению не может иметь решающего голоса. Им обладают родители и преподаватель, и ребёнок должен чётко это понимать.

Я очень много разговаривал с преподавателями, которые ведут уроки музыки в общеобразовательных школах. И в некоторых школах даже организованы самодеятельные оркестры русских народных инструментов. Повторюсь, это не музыкальные школы, а обыкновенные школы, в которых есть музыкальные кружки. Кого-то туда зовут, и они приходят, а кого-то не зовут, но они тоже приходят. А некоторых очень зовут, но они не приходят. У этих детей есть право выбора, они могут прийти, а могут и не прийти. Никто их не заставляет. Но детей приходит много. И тут многое сильно зависит от преподавателя, как он поведёт воспитательную работу, агитационную работу, насколько он сам интересен как личность, насколько он сможет заинтересовать детей, перегруженных обилием информации!

Мы все сейчас завалены различного рода сведениями, и время течёт всё быстрее. И, если раньше, например, чтобы съездить из Петербурга в Москву и обратно, нужно было затратить несколько дней, то сейчас человек может утром позавтракать, слетать в Москву, сделать все дела и вернуться вечером домой к ужину. Так же и в образовании все процессы ускоряются.

Из программ обучения в музыкальных школах исчезла программа общеразвивающая. Осталась одна – предпрофессиональная. Что это значит? А это значит, что преподаватель музыкальной школы за 8-9 лет должен подготовить музыканта, исполнителя, который может продолжить свое обучение как профессионал в музыкальном училище, в другом среднем специальном учебном заведении или в ВУЗе после окончания 10-11 класса лицея.

У меня в классе учится одиннадцать детей, из которых профессию музыканта предположительно выберет один или два ученика. С ними целесообразно следовать программе предпрофессионального обучения. А что делать с остальными учениками? Как с ними заниматься, если для меня очевидно, что музыка останется для них просто хобби. Стоит ли продолжать заниматься по программе предпрофессионального обучения? В этой ситуации мы работаем так, как считаем нужным. Всё зависит от опыта, от профессиональных знаний преподавателя. Но занятие с удовольствием – это реальность. Миф – это когда мы хотим очень многого и перегружаем ребёнка, взваливая на него ответственность должника, внушая, что он должен показать высокий результат на конкурсе или экзамене, в то время как детские психологи в один голос утверждают, что ребёнок никому ничего не должен, что это мы должны всем!

У современного преподавателя музыкальной школы вообще нет никаких инструментов воздействия на ученика, кроме убеждения. Физических наказаний не предусмотрено, давление вызывает противодействие, нам остаётся только похвалить или призвать к совести. Лет десять назад я провёл эксперимент - попросил детей записать на видеокамеру, как они занимаются дома, и увидел много интересного. Один из учеников, которого я считал совсем не приспособленным к самостоятельным занятиям, сам установил видеокамеру для съёмки, пульт для нот. Дома есть пюпитр — это уже счастье! У ребёнка отдельная комната. Он ставит ноты, играет и, самое поразительное, объясняет, что делает. Минут пятнадцать - двадцать шло видео, и меня восхитил незаурядный организаторский талант этого обладающего весьма скромными музыкальными способностями ребенка. Склонности учеников обязательно следует учитывать в работе. Необходимо уметь видеть, что им нравится больше, что меньше. Но я убеждён, что самый главный помощник педагога – это родители, и преподаватель должен работать в связке с ними. Нужно знать, какая обстановка царит дома, что происходит во время домашних занятий, как и где ребёнок играет, правильно или неправильно держит музыкальный инструмент, как долго продолжается занятие. Поскольку не каждый родитель понимает разницу между правильно или неправильно, преподаватель ставит задачи не только ученику, но и по возможности инструктирует родителей.

Ребёнок всегда с увлечением будет делать то, что приносит ему радость и что получается. Нельзя исключать и всевозможные поощрительные методы: конфетки, шоколадки, мультфильмы, походы куда-то с друзьями. Когда-то отметить день рождения в Макдоналдсе было верхом удовольствия для детей! А почему схожие удовольствия нельзя получать в музыкальной школе? В одной из прочитанных мною статей преподаватель говорил, что педагог музыкальной школы - не аниматор. Аниматор даёт сиюминутную радость, а преподаватель имеет системные задачи, работает на длительную перспективу. Но у аниматора тоже могут быть системные задачи, только они ставятся в другом ключе - не в духе дидактических наставлений с высокой трибуны, а в форме игры. Не стоит говорить о том, что мы должны делать всё точь-в-точь так, как нам завещали наши великие учителя, лучше заняться упражнениями на координацию, на сообразительность, на эрудицию. Считаю, что ничего нет плохого в том, что урок будет весёлым, потому что на такой урок точно захочется прийти ещё раз. Я вовсе не хочу подыгрывать ученику, идти у него на поводу, просто мы не можем противиться тому процессу, который сейчас идёт в обществе. Ноты ведь не меняются, пьесы какими были, такими и остаются, а дети меняются сильно от поколения к поколению, и педагог должен очень чутко реагировать на эти перемены. Сейчас мы отовсюду слышим выражения: стать успешным, достичь результата. Какой у музыкального педагога может быть результат? Вырастить виртуоза? Хорошо! Но многие ли преподаватели достигают такого результата? Для меня самое главное, чтобы вырос человек с системными знаниями, чтобы у него сформировался кругозор, критическое мышление. Я должен научить ребёнка ставить задачи и разбираться в них, обязан привить навыки решения этих задач, игровые и интеллектуальные практические навыки. А это легче сделать посредством игры. Взять, например разбор музыкального произведения. Нужно определить тональность, размер, форму произведения, найти кульминацию. Мы вполне можем объяснить и показать в шутливой игровой форме сложные вещи. Иначе для ученика процесс обучения станет скучным, заниматься будет лень. Скука и лень являются нормальными проявлениями, это часть нашей жизни. Они говорят о том, что ребёнок либо устал, либо процесс ему неинтересен. Задача преподавателя сделать так, чтобы ребёнку стало любопытно, переключить его внимание. Не хочется сегодня играть на инструменте, давай споём, не хочется петь, давай спляшем. Это как раз то, что делают аниматоры, у них и поучимся!