Цифровые инструменты и искусственный интеллект на уроках истории и обществознания: методические возможности и правовые риски

Автор: Иванюк Елена Валерьевна

Организация: СОШ

Населенный пункт: Челябинская область, город Чебаркуль

В статье обобщается педагогический опыт применения цифровых инструментов и технологий искусственного интеллекта на уроках истории и обществознания. Рассматриваются конкретные сервисы (GigaChat, YaGPT, «Сократик», Kandinsky, «Шедеврум», MyLens.ai, Humy.ai, Hello History) и методические сценарии их использования: адаптация учебных текстов, генерация визуального контента, анализ правовых документов, подготовка к государственной итоговой аттестации, развитие критического мышления через работу с ошибками нейросетей.

Отдельный раздел посвящён правовым рискам: требованиям Федерального закона № 152-ФЗ «О персональных данных», вопросам авторского права на сгенерированный контент, границам ответственности педагога. Предлагается авторская система методических правил – «педагогика промптов», обеспечивающая этичное и безопасное внедрение ИИ в образовательный процесс.

 

Ключевые слова: искусственный интеллект, нейросети, цифровые инструменты, урок истории, урок обществознания, персональные данные, 152-ФЗ, авторское право, критическое мышление, педагогика промптов, ФГОС.

 

Помню этот день. Девятый класс, обществознание, тема «Права и свободы человека и гражданина». Сдаёт мне Вася (имя изменено, но таких Вась у каждого учителя вагон) реферат про право на неприкосновенность частной жизни. Текст гладкий, структура идеальная, выводы глубокие. Я сначала обрадовалась, наконец-то кто-то вдумчиво написал. А потом дошла до фразы: «В соответствии с решением Верховного суда США по делу Katz v. United States 1967, концепция разумного ожидания неприкосновенности частной жизни...», в российском реферате по Конституции РФ, ссылка на американский прецедент.

Я подняла глаза на Васю:

— Вася, а при чём тут Верховный суд США?

Он честно смотрел мне в глаза и ответил:

— А GigaChat так написал. Я проверил, там реально такое решение есть.

Вот тут я поняла, война проиграна. Если я сейчас начну запрещать, ловить, устраивать контрольные «без интернета», я проиграю. Нейросети – это не шпаргалка, которую можно отобрать. Это среда. Новая среда обитания моих учеников. И моя задача как учителя – не выгнать их из этой среды, а научить в ней думать. С этого дня начался мой эксперимент. Над собой, над уроками и, честно говоря, над собственной психикой.

С 1 марта 2027 года в образовательном процессе законодательно закрепляется приоритет использования суверенных и национальных больших фундаментальных моделей ИИ. Это значит, что вопрос «использовать или не использовать» уже не стоит. Стоит вопрос «как использовать безопасно и осмысленно». Именно этому посвящена статья.

Цель работы – обобщить опыт применения цифровых инструментов и ИИ на уроках истории и обществознания, систематизировать методические возможности и правовые ограничения, предложить практические правила безопасного использования данных технологий.

Методологическую основу составляют системно-деятельностный подход (Л.С. Выготский, А.Н. Леонтьев, Д.Б. Эльконин), положения ФГОС основного общего и среднего общего образования, методические рекомендации Минпросвещения России по применению искусственного интеллекта в общеобразовательных организациях. Эмпирическую базу составил собственный педагогический опыт 2023–2026 годов.

Я не буду перечислять нейросети для образования абстрактно, а расскажу о том, что реально использовала за этот год, с конкретикой и с тем, что взлетело, а что нет. Про «Сократик» знают немногие, а зря, потому что эта отечественная разработка делает презентации по запросу или загруженному файлу. Я ввожу тему, класс и количество слайдов, он строит структуру, подбирает шаблон, генерирует изображения и выдаёт готовый файл в PPTX, после чего я проверяю факты, правлю формулировки, добавляю свои акценты, и урок готов за сорок минут вместо трёх часов. Галлюцинации бывают, один раз он назвал Кутузова генералиссимусом до присвоения звания, но я теперь всегда проверяю даты и имена, и это стало привычкой.

На уроках обществознания я использую GigaChat для анализа текстов Конституции, Семейного кодекса и Трудового кодекса, причём не для того, чтобы нейросеть объяснила статью, а для того, чтобы она выделила структуру, где права, где обязанности, где гарантии. Задание для девятиклассников звучит так: «Используя GigaChat, проанализируйте статьи 17–25 Конституции РФ и выделите три права, которые, на ваш взгляд, чаще всего нарушаются в современной России, обосновав свой выбор опорой на текст закона». Это уже не пересказ учебника, а работа с первоисточником через инструмент, и отдельного разговора заслуживает то, что GigaChat и YaGPT дают разные картины мира, поскольку западные и российские модели по-разному трактуют одни и те же исторические события. Я превращаю это в урок, даю ученикам один и тот же вопрос, прошу задать его GigaChat и YaGPT, а потом сравнить ответы и найти, где факты совпадают, а где начинаются интерпретации, и девятиклассники работают с азартом, потому что для них это живая история, а не зазубренная дата.

YaGPT я использую для подготовки к ОГЭ и ЕГЭ, генерирую задания разного уровня сложности, прошу составить план по теме «Роль государства в экономике», потом сама проверяю, вношу правки и даю ученикам, поскольку эта модель хорошо работает с длинными текстами и умеет держать контекст, что для обществознания критично.

Раньше я искала картинки в интернете, а теперь генерирую их в Kandinsky и «Шедевруме»: задание для восьмого класса звучит как «сгенерируйте изображение Бородинского сражения с точки зрения французского солдата, а потом то же самое с точки зрения русского ополченца, сравните и ответьте, что изменилось и почему», и это уже не просто «нарисуй картинку», а работа с исторической перспективой, точкой зрения и интерпретацией, причём Kandinsky – российская разработка Сбера, что важно для правового поля. Англоязычные Humy.ai и Hello History, созданные специально для social studies, позволяют «поговорить» с исторической личностью и получить ответ в стиле эпохи, и я использую это как затравку: ученик «интервьюирует» Наполеона, потом проверяет ответы по учебнику и первоисточникам и находит три неточности в ответе нейросети, что формирует критическое мышление лучше любого теста.

MyLens.ai по загруженному тексту, PDF или ссылке на видео строит визуальную хронологию с ключевыми событиями, пересечениями и причинно-следственными связями, и на уроке по Смутному времени ученики, загрузив фрагмент текста, получают таймлайн и обсуждают, какие события оказались связаны, что пропущено и где логика нарушена. Но самое неожиданное открытие заключается в том, что ошибки нейросети – это не проблема, а золото, поэтому я специально даю задание: «Попросите GigaChat описать Бородинское сражение, найдите три фактические ошибки и докажите, что это ошибки, используя учебник и первоисточники». Дети работают с азартом, чувствуют себя детективами и постепенно понимают, что нейросеть – не оракул, а инструмент, который может врать, и это понимание дороже любого готового ответа.

Я юрист, поэтому, когда впервые загрузила в GigaChat список класса, чтобы он сгенерировал персонализированные задания, меня прошиб холодный пот, потому что я вспомнила про 152-ФЗ. По статье 3 этого закона персональными данными является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определённому человеку, а в учебном процессе это шире, чем кажется, и категорически нельзя загружать ФИО учеников, даты рождения, контакты, фотографии, ведомости с оценками, характеристики, протоколы, работы с титульными листами, переписку с родителями, данные из мессенджеров и почты, внутренние приказы, распоряжения и служебные записки. Отдельно нужно сказать о сведениях, касающихся здоровья, диагнозов и ОВЗ, потому что это специальная категория и запрет здесь практически абсолютный: медицинские справки, заключения ПМПК и сведения об инвалидности не передаются внешним ИИ-сервисам ни в каком виде.

Можно загружать обезличенные учебные материалы, конспекты, рабочие программы и тексты без сведений о конкретных людях, учебные задания, не содержащие персональных данных, исторические тексты, фрагменты документов и карты, а обработка данных для адаптивного обучения допустима только внутри защищённых государственных систем, например платформы «Моя школа», либо при получении согласия родителей после информирования о конкретных рисках, причём приоритетом являются суверенные и национальные модели ИИ. За нарушение требований локализации штраф составляет от 1 до 6 миллионов рублей, при повторном нарушении – от 6 до 18 миллионов, а за утечки персональных данных – до 500 миллионов рублей либо до 3% выручки, и хотя школа не выручка, штраф в несколько миллионов для муниципального бюджета это катастрофа, не считая репутационного ущерба и увольнения директора.

Согласно статье 1257 ГК РФ автором признаётся гражданин, творческим трудом которого создано произведение, а ИИ не является гражданином, значит, автор – человек, но если текст полностью сгенерирован нейросетью без творческого вклада учителя, возникает вопрос, есть ли вообще объект авторского права, и практика здесь пока неоднозначная, поэтому любой материал, созданный с помощью ИИ, я помечаю словами «Создано с использованием GigaChat» или «Создано с использованием YaGPT» и добавляю, что факты проверены, а структура и методические акценты являются авторскими.

Ключевой принцип методических рекомендаций Минпросвещения состоит в том, что окончательное решение принимает педагог и ответственность за последствия использования ИИ также несёт учитель, поэтому любой материал, созданный с помощью нейросети, подлежит проверке на фактологическую точность, соответствие ФГОС и возрастным особенностям, поскольку результаты работы нейросетей нельзя воспринимать как, безусловно, достоверные: ИИ допускает фактические ошибки, искажает исторические факты и воспроизводит системные предубеждения, а кроме того, существуют риски снижения учебной мотивации, искажения самооценки обучающихся и утраты навыков самостоятельного мышления. Недавно коллеги спросили, можно ли проверять историю браузера ученика, чтобы понять, использовал ли он ИИ, и я ответила как юрист: нет, потому что педагог не имеет законных оснований запрашивать у учащегося доступ к истории интернет-браузера или его персональной учётной записи, и это нарушение права на неприкосновенность частной жизни; если хотите проверить знания, проверяйте знания, а не браузер, и для этого подойдут устный ответ, защита проекта и работа с первоисточником на уроке.

Из этого опыта выросли несколько правил, которые я называю педагогикой промптов, когда учитель не просто использует ИИ, а проектирует взаимодействие с ним. ИИ – не оракул, а оппонент, поэтому не давайте ученикам задание «спроси у нейросети и перескажи», а давайте задание «получи ответ, проверь его, найди ошибки и обоснуй свою правоту». Промпт является педагогическим инструментом, потому что запрос «напиши план урока» даст шаблон, а запрос «создай пять противоречивых утверждений о правлении Петра I для дискуссии в восьмом классе, каждое из которых можно оспорить» даст материал для живого урока. Разные нейросети дают разные картины мира, поэтому сравнивайте ответы GigaChat и YaGPT, находите, где они расходятся, и обсуждайте почему, ведь это не про правильный ответ, а про критическое мышление. ИИ не отменяет первоисточник: сначала нейросеть даёт версию, потом ученик идёт в учебник, в документ, в архив и проверяет, и это и есть исследовательская деятельность. Приоритет суверенных моделей не только безопасен с точки зрения права, но и методически оправдан, поскольку отечественные модели лучше работают с российским историческим и правовым контекстом. В нейросеть не передаётся ничего, кроме обезличенного учебного содержания, а все материалы, созданные с её помощью, сопровождаются пометкой.

И наконец, не стоит бояться выглядеть несовременно: я до сих пор требую, чтобы ученики умели писать от руки, читать бумажные книги и выступать без слайдов, потому что ИИ – это инструмент, а не костыль, и если ученик не умеет думать без нейросети, он не умеет думать вообще.

Апробация описанных сценариев в течение 2023–2026 учебных годов показала, что интерес обучающихся к работе с историческими и правовыми текстами повысился, а средний балл ОГЭ по обществознанию в девятых классах составил 4,2, что выше показателя предыдущего года, но главное не балл. Вася, тот самый, с американским прецедентом, в итоге написал работу про неприкосновенность частной жизни в российском праве, с тремя ссылками на Конституцию РФ, двумя на постановления Конституционного суда и одной на статью 152.1 ГК РФ, и в конце приписал, что нейросеть он использовал для первичного поиска, а все ссылки проверил сам. Вот за это я и работаю в школе.

 

Я не знаю, заменит ли ИИ учителя, но я точно знаю, что учитель, который запрещает ИИ, проигрывает, учитель, который использует ИИ бездумно, вредит, а учитель, который учит детей думать с ИИ и без него, побеждает, и задача педагога-историка и обществоведа заключается в том, чтобы превратить ИИ в интеллектуальный компас, развивающий критическое мышление, а не подменяющий его.

 

Список литературы

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18.12.2006 N 230-ФЗ (ред. от 23.07.2025) (с изм. и доп., вступ. в силу с 04.01.2026) // Судебные и нормативные акты РФ. – URL: https://sudact.ru/law/gk-rf-chast4/ (дата обращения: 07.10.2026). – Текст: электронный.
2. Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ (ред. от 26.07.2026) «О персональных данных» // Legalacts.ru: [сайт]. – 2026. – URL: https://legalacts.ru/doc/152_FZ-o-personalnyh-dannyh/ (дата обращения: 07.10.2026). – Текст : электронный.
3. Указ Президента РФ от 10.10.2019 № 490 (ред. от 15.02.2024) «О развитии искусственного интеллекта в Российской Федерации» // Президент России. – URL: http://www.kremlin.ru/acts/bank/44731 (дата обращения: 07.10.2026). – Текст: электронный.
4. Письмо Министерства просвещения Российской Федерации от 31 августа 2026 г. № СК-702/08 «О методических рекомендациях» // ГАРАНТ. – URL: https://base.garant.ru/414894238/ (дата обращения: 07.10.2026). – Текст: электронный.
5. Алиева, С. А. Применение нейросетей на уроках истории и обществознания в 5–8 классах / С. А. Алиева // Академия педагогических проектов Российской Федерации. – 18.02.2026. – URL: https://педпроект.рф/edu-02-2026-pb-210106/ (дата обращения: 07.10.2026). – Текст: электронный.
6. Дудин, С. Artificial Intelligence Technologies in School History Education / С. Дудин // Молодой учёный. – 2026. – № 25 (628). – С. 459–462. – URL: https://moluch.ru/archive/628/138467 (дата обращения: 07.10.2026). – Текст: электронный.
7. Стрелова, О. Ю. Риски и перспективы использования искусственного интеллекта в сфере исторического образования школьников / О. Ю. Стрелова // Вестник МГПУ. Серия «Педагогика и психология». – 2026. – № 2. – С. 64–76. – URL: https://pedpsyjournal.mgpu.ru/2026/06/30/riski-i-perspektivy-ispolzovaniya-iskusstvennogo-intellekta-v-sfere-istoricheskogo-obrazovaniya-shkolnikov/ (дата обращения: 07.10.2026). – Текст : электронный.
8. Стрелова, О. Ю. «Третьего не дано?..»: размышления о роли искусственного интеллекта в школьных курсах истории и обществознания / О. Ю. Стрелова // Преподавание истории в школе. – 2025. – № 4. – С. 3–7. – URL: http://pish.ru/blog/archives/7864 (дата обращения: 07.10.2026). – Текст : электронный.